“Для нас очень важно облегчать жизнь родителям”. Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

0

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

Корреспондент "Омск Здесь" разузнала, как санкт-петербургский доктор сирийского происхождения с помощью современных технологий ортезирования помогает детям по всей России.

В середине апреля Омск посетил санкт-петербургский ортопед-травматолог родом из Сирии Абдулрахим Махер. Доктор Махер – специалист высокого уровня, работающий с серьёзными патологиями опорно-двигательного аппарата. В 2004 году он познакомился с уникальной технологией ортезирования – изготовлением средств реабилитации из низкотемпературного пластика. У ортезов из поликапролактона есть много достоинств, самые важные из которых скорость изготовления и возможность индивидуального подхода к каждому пациенту. В Санкт-Петербурге доктор открыл центр, где он и его коллеги занимаются таким видом ортезирования. Однако поликапролактон – материал не дешёвый, и не каждый может себе позволить ортезы нового поколения. В том числе не каждый родитель, чей ребёнок страдает болезнью опорно-двигательной системы. Абдулрахим Махер решил помогать таким детям. Совместно с детским благотворительным фондом доктор реализует проект "Шаг навстречу", в рамках которого ездит по городам России и безвозмездно изготавливает для детей ортоизделия из низкотемпературного пластика. Нынешний приезд доктора Махера в Омск был уже пятым. Ко дню рождения "Дома радужного детства" благотворительного центра "Радуга" он изготовил для его подопечных качественные индивидуальные средства реабилитации. Наш корреспондент побеседовала с доктором Махером о технологии ортезирования, признанной одной из лучших в мире, недавнем визите ортопеда в наш город, а также о впечатлениях от поездок по стране, которая стала его вторым домом.

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

– Доктор Махер, в чём преимущества ортезов из низкотемпературного пластика? Они удобнее? Эффективнее? Менее болезненны?

– Здесь всё в комплексе. Если брать сам пластик – да, он удобней. Также есть преимущество в технологии изготовления. Обычный ортез изготавливается в три этапа. Сначала ребёнка обматывают бинтом, потом это снимается и заливается гипсом. Процесс занимает в лучшем случае несколько дней, а в худшем – несколько недель. К тому же за эти три этапа изделие теряет некоторые анатомические особенности тела ребёнка. Мы же изготавливаем корсеты или туторы (тутор – конструкция, предназначенная для удержания нижней конечности в фиксированном положении, – прим. ред.) непосредственно на теле ребёнка, то есть изделие проходит всего один этап изготовления. Заготовки для ортезов размягчаются в горячей воде, затем переносятся на ногу пациента, изделие принимает нужную форму и оно будет плавно выводить конечность в правильное положение.

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

 

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

Когда ортопед осматривает пациента, он пишет рецепт для ортезиста на изготовление тутора или корсета. Мы сделали так, чтобы исключить передачу информации от ортопеда ортезисту. Мы выполняем роль и ортопеда, и ортезиста, то есть нет вот этого сломанного телефона. Во-вторых, мы не сидим и не говорим: "Приезжайте к нам, мы вам изготовим что-то хорошее, красивое", а сами выезжаем к пациентам, помогаем экономить им время и средства. В Омске за два дня я проконсультировал около 40 пациентов. К тому же есть маломобильные дети, с которыми тяжело даже по городу перемещаться, не то, что везти их в другой регион. Для нас очень важно облегчать жизнь родителям.

– Детям с какими нарушениями больше всего подходят эти ортезы?

– Они подходят не только детям, но и взрослым. Всем, кто нуждается. В нашем проекте мы помогаем детям с такими диагнозами, как детский церебральный паралич, миодистрофия Дюшенна, спинально-мышечная атрофия, спина бифида (расщепление позвоночника). Мы взялись за такую достаточно тяжёлую категорию диагнозов потому, что они нестандартны во всех планах. Ребёнку может быть 12 лет, а он может весить 12 кг из-за тяжести заболевания. Такие сложные диагнозы нуждаются в индивидуальном подходе.

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

– Какие в вашей практике были особенные случаи выздоровления пациентов?

– Здесь я бы хотел уточнить: в данной категории заболеваний мало кто выздоравливает, а точнее, если быть честным, то вообще не выздоравливают. Мы просто пытаемся сделать жизнь этих детей легче, чтобы у них не было осложнений и так называемых контрактур. Контрактура – это ограничение движения в суставе. Допустим, если движение ограничено в голеностопном суставе, ребёнку тяжело стоять, и из-за этого со временем у него формируются другие контрактуры. Поэтому наша задача – сохранить максимальную мобильность ребёнка, его активность, а если случай совсем тяжёлый, то хотя бы облегчить родителям уход за ребёнком. Если вернуться к вашему вопросу – конечно, положительных результатов много. У меня много пациентов, в том числе и с миодистрофией Дюшенна, которые давно наблюдаются, мы им делаем туторы на голеностопные суставы, и благодаря им они сохраняют возможность ходить.

– Почему вы решили заниматься благотворительностью?

– Не знаю, может, это у меня в крови (улыбается). На самом деле, я просто люблю помогать. Я родом из Сирии, приехал в Россию в 1997 году. Тогда мне очень сильно помогали окружающие меня люди. И, как говорится, я должен вернуть обществу ту помощь, которую мне оказали, когда я был никому не нужным студентом.

Бывает такое: к тебе приходят на приём родители и говорят, что их ребёнку нужен тутор. Тот, что выдаётся по шаблону, ему не подходит, а на приобретение тутора из низкотемпературного пластика у них денег нет. Как им помочь? Вот для этого и нужен источник финансирования. Иногда тутор из низкотемпературного пластика предоставляется государством, если это положено ребёнку по индивидуальной программе реабилитации, но, к большому сожалению, в этом случае далеко не всегда применяется индивидуальный подход. А у нас сугубо индивидуальный подход, у нас нет стандартных заготовок и стандартных туторов. Всё изготавливается индивидуально.

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

– Как вы узнали об омском фонде "Радуга" и как случилось ваше сотрудничество?

– Они сами узнали о нас. Родители подопечных фонда слышали, что есть такая организация, которая ездит по городам и изготавливает детям индивидуальные туторы и корсеты. Они рассказали о нас руководителю центра Валерию Алексеевичу Евстигнееву, он написал нам в соцсетях, приехал в Петербург, и мы договорились о визите к вам в Омск. То есть активные родители и активный организатор.

– Как прошла ваша двухдневная работа в Омске?

– Я бы сказал, достаточно плодотворно. В таких поездках у меня рабочий день длится не как обычно – 8 часов, а бывает и 12-14. Начинаю обычно в 8-9 утра, а заканчиваю где-то в 10-11 вечера. Работаем практически без перерыва.В этот раз были дети, которые пришли уже повторно. Мы два года назад делали им ортез, он корректировал тело ребёнка в течение этих двух лет, и теперь они пришли за новыми изделиями, довольные результатом. Больше времени уходит на изготовление корсетов, которые нужны при искривлении позвоночника, сколиозе. За эти два дня мы сделали шесть таких изделий. На каждый корсет у нас уходит два с половиной часа, мы считаем, что это много, потому что туторы на голеностопные суставы с оформлением документов делаются за 30-40 минут. Но, опять же, если взять корсеты из высокотемпературных пластиков, они изготавливаются в лучшем случае четыре дня.

"Для нас очень важно облегчать жизнь родителям". Ортопед-травматолог родом из Сирии о благотворительной миссии в Омске

– Вы сказали, что вы родом из Сирии. Почему вы решили переехать в Россию?

– У меня в семье несколько врачей, и я решил продолжить эту традицию. Я знал, что в Питере есть известный Санкт-петербургский медицинский университет имени Павлова, его ещё называют первый мед. В начале девяностых туда поступил мой родной брат. Он предложил мне, и я тоже приехал учиться в этот университет.

– Вы побывали уже во многих городах нашей страны. Какой вы увидели Россию? Как вам наша сибирская погода?

– Куда ни приезжаешь, там тебе говорят – у нас особый народ. На самом деле, ничего особенного – все похожи друг на друга (улыбается). Нас везде тепло принимают, но больше всего почему-то мне запомнились два города – это Омск и Улан-Удэ. В этих городах очень хорошая организация в центрах, с чьими подопечными мы работаем.

Погода… Ну, скажем так, у вас погода относительно нормальная, потому что я бывал и в местах, где было -38. Помню, я прилетаю в Мурманск, и пилот говорит: "Погода хорошая, -31 градус". Ну ладно, значит, это хорошая погода (смеётся). Бывает, не знаешь, как одеться, потому что, например, когда я вылетал к вам в Омск, у нас в Питере было около +10 градусов, а прилетел в Омск – было -3. Но так как у меня всегда с собой тёплая одежда, погода меня не сильно пугает.

Фото: Сергей Михневич

Источник

Оставьте отзыв

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.