Коллаж – шарики

ВОПРОС НЕДЕЛИ. А Вы поддерживаете ограничения для соцсетей, вступающие в силу с 1 февраля?

0 2

ВОПРОС НЕДЕЛИ. А Вы поддерживаете ограничения для соцсетей, вступающие в силу с 1 февраля?

И что бы вы еще там запретили?

В печатных и электронных СМИ уже давно действует масса ограничений, но соцсети оставались неким «островком вседозволенности», где можно было ругаться матом, выкладывать видео со сценами жестокости, выставлять рекламу онлайн-казино, алкоголя. И еще, писать гадости, пряча имя под анонимными никами.

Как говориться, сколько б веревочке не виться… С 1 февраля вступает в силу новый закон, принятый Госудумой в конце прошлого года, который и должен отрегулировать правила поведения в соцсетях. Теперь администрации платформ, так же как и СМИ, обязаны мониторить страницы и блокировать контент шокирующего характера.

За невыполнение требований этого закона вводятся наказания, при чем, весьма жесткие.  Поддерживаете ли Вы эту инициативу государства в отношении соцсетей? И что бы Вы еще там запретили?

Мария Афоничева, владелица ветклиники «Энигма»:

— Не согласна. Это цензура.

Александр Малькевич,  журналист, генеральный директор телеканала Санкт-Петербург, первый зампред по СМИ общественной палаты России:

— Зайду сразу с козырей. По сути этот закон, принятый Госдумой, лоббировали, предлагали, настаивали на его принятии мы — Общественная палата России. Изначально он назывался как «закон об информационных посредниках». И идея была в том, что любая площадка, размещающая контент, должна нести ответственность за то, что на этой площадке публикуется. И я поддерживаю эту инициативу государства. Считаю, что она ещё до конца несовершенна.

Если говорить про «островки вседозволенности»: смотрите — везде ограничения и только здесь можно отвести душу — то есть, мягко говоря, вводить в заблуждение людей. Потому что речь идёт о шок-контенте, о треш-контенте, о пропаганде экстремизма, насилия, детской порнографии и так далее, — то, что должно безусловно уничтожаться, что называется, на подлёте. А люди, которые подобное продвигают, должны действительно нести ответственность за то, что они делают, потому что в противном случае мы можем далеко зайти под флагом вседозволенности.

А главное, каждый раз, когда подобная конкретная ситуация касается непосредственно живого человека — у всех сразу просыпается желание цензурировать. Иначе говоря, стоит только прочитать какую-то гнусность, обращённую к вам, как вы тотчас же становитесь сторонником подобного закона.

Виктор Шкуренко, предприниматель:

— Конечно, же нет! Не поддерживаю.

В последнее время идет наступление государства по всем фронтам на гражданские свободы, почти всегда это делается в узкополитических целях, как например, законы об иностранных агентах, митингах или тот же закон о цензуре в интернете. Федеральная политическая власть создает себе комфортные условия существования, чтобы, в случае чего, можно было найти уголовную статью под любого инакомыслящего, прикрываясь при этом якобы интересами народа.

Ну, а тем, кто это все поддерживает, я бы посоветовал прислушаться к Ройзману, который недавно высказался: «Если вы призываете Сталина, то не удивляйтесь, когда он придет за вами».

Сергей Бабурин, президент омского землячества в Москве, российский политический и научный деятель:

— Недопустима политическая цензура.

Но общество обязано защищать свои духовно-нравственные основы, воспитывать и поощрять добро, а не ненависть и злобу. Поддерживаю устранение из общего информационного пространства хамства, безнравственности, культа зла и уродства. Лично мне физически неприятно, когда люди матерятся, особенно женщины. В сквернословии вижу бесовщину и человеческую слабость. Поддерживаю государство в вопросе нравственных фильтров общественной информации. А для свободы извращенцев надо оставить их частное пространство, никто не вправе подглядывать в замочную скважину!

Ограничивать же свободу мнений и свободу слова под любым, кроме критерия нравственных устоев общества, недопустимо!

Наталья Гордеева, Евразийский патентный поверенный, Патентный поверенный РФ:

— Да, поддерживаю ограничения, чтобы не делали помойку и чернуху, что портит настроение или даже жизнь людей, особенно молодых и мало искушенных. 

Александр Криворучко, адвокат:

— Я бы запретил запрещать! Как юрист, считаю, что формулировки этого закона — огромная дубина, занесенная над любой соцсетью.

«Информация, выражающаяся в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации, Конституции Российской Федерации или органам, осуществляющим государственную власть».

Заметьте, формулировка двоякая: неприличная форма может относиться как ко всем перечисленным вещам, так и только к «человеческому достоинству и общественной нравственности». Т.е. информация, проявляющая неуважение к — (далее по тексту) выявляется Генеральным прокурором Российской Федерации или его заместителями в меру их (не)испорченности. Например, сумасшедший принтер (слава богу, еще не первое февраля) — это неуважение к людям, принявшим такой закон или просто констатация факта?

Я думаю, что как раз первая часть применяться не будет — только последующая…

Александр Грасс, журналист:

— Как журналист, отношусь не критично. Девальвация творчества и «слова» через «чернуху» и безответственность Интернета, похоже, достигла своего исторического максимума. По крайней мере, у нас, в России. При этом уровень понимания и осмысления реальности в соцсетях, я бы сказал, на высоте — «ниже плинтуса». Эмоции, подмена понятий, жареные, но не проверенные факты, агрессия, грязь, тон задают антироссийские настроения… Это видится уже, как целенаправленная и устоявшаяся политика модераторов Интернет-пабликов и владельцев ряда соцсетей.

Официальным СМИ и сетевым изданиям очень трудно конкурировать со стихией блогосферы, где все дозволено и разрешено. Одним — что «писАть о кипятке», что «пИсать кипятком» — все едино, а другим — суды, проверки, запреты, штрафы, предупреждения…

Вместе с тем, если вводится контроль «в интересах государства и большинства населения страны», то он должен быть предельно прозрачный и равный. Для всех. И самое важное. Соприкасаясь с такими феноменами, как речь, язык, общение, коммуникации, нужно вести себя чертовски деликатно. И всегда помнить о сакральности и божественности «предмета»: «В начале было СЛОВО»…

Алексей Сокин, депутат омского Горсовета, директор Центра городских компетенций:

— Я поддерживаю решение Правительства в отношении соцсетей!

Алеся Григорьева, общественный деятель, президент Ассоциации по защите интересов семьи «ДОМ-детства»:

— Я не поддерживаю эту инициативу. Социальные сети на то они и социальные, что отражают явления, происходящие в социуме, в обществе.

Это своего рода общественная площадка, на которой любой человек может выступить, изложить свою точку зрения и обсудить с единомышленниками или оппонентами существующие проблемы не только в общественной жизни, но и в государственной политике. Попытка ввести цензуру, под предлогом ограничения нежелательного контента, продиктована исключительно желанием избежать критики действующей власти. Создать своего рода «Потемкинские деревни». Но это ошибочное решение. Надо уметь слушать и решать проблемы. Попытка отгородиться от людей и «заткнуть» им рот, впоследствии скажется неблагоприятно для самой власти.

Считаю решение ввести цензуру в соцсетях признаком слабости действующей власти и способом обострить социальное напряжение в обществе.

Александр Лихачев, председатель Омского регионального общества потребителей в сфере ЖКХ:

— В соцсетях ни в одной не состою и не собираюсь, потому даже не знаю — какие там запреты и ограничения, а в отношении официальных сайтов, которые являются такими же средствами массовой информации — все жду — когда комментаторов обяжут всех сначала регистрироваться под своими фамилиями и с адресом по паспорту, и только потом комменты свои писать. И чтобы за базар отвечали по суду. 

Я если кого жуликом называю — так и подтвердить в суде готов, только неделю назад подобный процесс у одного из омских директоров. А многие другие просто безосновательно трепят одни гадости в адрес любого руководителя, которого только на картинках видели, но все о нем уже знают.

Степан Бонковский, депутат Законодательного Собрания, директор ООО «СибГаз»:

— К запрету я отношусь неоднозначно. С одной стороны в социальные сети заходят несовершеннолетние дети, которым не хочется подавать дурной пример. Хотя мат используется и не чужд русской культуре, он есть в произведениях Есенина, Маяковского.

Артем Лоскутов, заместитель руководителя Общества «Двуглавый Орёл»:

— «Цензура в интернете — это необходимый шаг для оздоровления общества, для укрепления морали и нравственности.

Законопроект, который вступает в силу с 1 февраля, выступает против пропаганды распущенности и разврата, против сквернословия и рекламы алкоголя, против экстремизма и склонения детей к совершению незаконных действий. Это так важно — оградить наших детей, молодёжь от грязи и агрессии, от откровенных манипуляций политических провокаторов и подстрекателей. Необходимо обратить внимание и на современные СМИ. Печально, но это факт: как много серьёзных изданий превратилось сегодня в бульварную прессу и специализируется на эпатаже, скандалах, слухах и сплетнях.

Это давно надо взять под контроль и положить этому конец. Средства массовой информации должны быть ответственны за то, что они несут обществу, какой ориентир дают молодёжи, ведь они формируют не только наш сегодняшний, но и завтрашний день.»

Ирина Макишева, директор ООО «РИА «Мотор»:

— Относительно законности контента тут я совершенно согласна — необходимо мониторить. Другие ограничения я бы вводить не стала, так и до цензуры недалеко. Хотя сейчас другая политика — говори, что хочешь, слово правды тонет в море фейков.

Олеся Дорогова, предприниматель, директор конкурсов «Хрустальная корона Сибири»:

— Конечно поддерживаю, наконец-то! В соцсетях сейчас настоящая клоака, а ведь к ним имеют доступ дети, там они могут увидеть и прочитать все, что угодно. Безусловно, там тоже должны быть определённые ограничения.

Я за порядок во всем.

Дмитрий Карев, предприниматель, гражданин России:

— Все последние инициативы того, что вы ошибочно называете государством, я однозначно не поддерживаю. Называть запреты, штрафы, наказания — инициативами, ну это, конечно, без комментариев.

Галина Татаринова, специалист по связям с общественностью:

— Да, я поддерживаю эти ограничения. Вообще пришло время поднимать большую дискуссию в обществе (если оно еще есть) об ограничениях в коммуникациях и особенно публичных. На фоне того, что творится в Северной Корее, на фоне социального мониторинга в Китае, — с одной стороны- и кровавые последствия антимусульманских публикаций в Европе, с другой стороны. Назрело время очень большой дискуссии: что выбираем мы, россияне?

Татьяна Шнейдер, общественница, зампредседателя Омского регионального отделения партии «ЯБЛОКО»:

— Есть в этом федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», на мой взгляд, некоторые вещи, которые можно трактовать по-разному и, как следствие — пользоваться также по-разному. ​

К примеру, планируется наказывать за размещение информации, которая в неприличной форме оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, выражает явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ или органам Госвласти. Казалось бы, да, все хорошо и нет крамолы. Но под эту формулировку может попасть что угодно. И я уверена, что в дальнейшем этим будут пользоваться, чтобы наказывать неугодных.

Вообще в последнее время в России наблюдается изобилие запрещающих законов. Вместо того, чтобы развивать социальный сектор, в России взялись наказывать за инакомыслие под эгидой «за все хорошее». Мне лично не совсем понятно, что в данном законе будет означать «неуважение к Госвласти»? По какой шкале будет измеряться уважение? В то же время, один из субъектов права законодательной инициативы, депутат Сергей Боярский, не может внятно прокомментировать как, в результате, будут наказывать за нецензурные выражения в Интернет-пространстве и в каком случае: «Не нужно читать буквально наше предложение как полный запрет на использование нецензурной брани».

Вот и выходит, что мы получаем яму на тропинке, закиданную еловыми ветками, в переносном, разумеется, смысле.

Андрей Алёхин, второй секретарь комитета Омского областного отделения политической партии КПРФ:

— Я против! Под благовидным предлогом вводятся ограничения перед предстоящими выборами в Государственную Думу! Власть боится, что этот, один из немногих, пока доступных источников информации будет работать против «Единой России»!!!

Юрий Борисовский, исполнительный директор ООО «Омская областная газовая компания»:

— Да, я поддерживаю такой закон. К сожалению пока не знаком с ним в деталях. Но ещё более правильным мне видится немного другое. Должна быть возможность идентифицировать автора, размещающего сообщение.

Как пример могу привести комментирование статей на БК55. Часто читаешь и диву даешься, люди публикуют откровенное враньё. Могут крайне нелицеприятно отзываться об авторе, либо оппоненте в диалоге. Происходит это, на мой взгляд, от чувства безнаказанности, ведь в принципе никто не узнает, кто скрывается под ником… Например, «Правдоруб», ну, или «Омич» и так далее.

Поэтому, мели Емеля — твоя неделя! Это неправильно.

Елена Богданова, генеральный директор ООО ЮК «Ф-ГРУПП»:

— Нововведение для соцсетей об ограничительных правилах, на мой взгляд, положительное событие.

Госдума обязала социальные сети с 1 февраля 2021 года самостоятельно выявлять и блокировать запрещенный контент, в том числе детскую порнографию и экстремистские материалы. Принят и еще один закон — о штрафах за отказ удалять противоправную информацию. Они касаются всех владельцев сайтов, включая социальные сети и видеохостинги, и составляют от 100 тыс. до 8 млн. рублей. Объективно, достаточно значительный размер штрафов.

Ужесточение цензуры связано с информацией, которая в неприличной форме оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, выражает явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ или органам госвласти.

На мой взгляд, главное, чтобы все заработало как надо, без сбоев. Очень важно, чтобы система действительно функционировала, а не была очередным неработающим законом. В частности, есть сомнения, что блокировка может остановить таких нарушителей, ведь можно с легкостью создать новый аккаунт и продолжать противоправную деятельность. При этом, важно также, чтобы не было злоупотреблений со стороны модераторов при определении запрещенного контента. В этом смысле еще будет долгое становление практики списка для блокировок контента, так как однозначности и конкретики в их определении на сегодня еще нет.

В принципе, я за эти новшества в законодательстве, только бы хотелось более четкого урегулирования процесса. Хотя, констатируя факт, в России большинство законов страдают наличием пробелов и неточностей.

Виталий Поддубиков, депутат Калачинского городского Совета:

— Поднятые проблемы распространения незаконной информации в социальных сетях актуальны и контроль за ними обоснован.

Много в сети информации о привлечении к различной незаконной деятельности и запрещенный контент ​спокойно распространяется в сетях, имеющих большое влияние в наше цифровое время. Но все эти запреты лишь на площадке с количеством просмотров более полумиллиона в день. А сколько групп на площадках менее этого количества? Получается они не интересны с точки зрения контроля за распространением «запрещенки»?

Оберегать права граждан — да, это правильный ход, а делать шаги к тотальному запрещению волеизъявления — нет. На мой взгляд правильнее было Роскомнадзору программными методами выявлять и блокировать запрещенный контент в соцсетях. Система «Инцидент» же работает в сетях по выявлению информации.

Сергей Кондаков, общественный деятель, политолог:

— Принятый закон логичен, но только в этой части  — порнографию с несовершеннолетними, пропаганду суицида, призывы к терроризму, данные об изготовлении и использовании наркотиков, реклама дистанционной продажи алкоголя и интернет-казино. Но, например, модерация мата технически осуществима: с помощью спам-фильтров можно автоматически удалять все сообщения, которые содержат нецензурную лексику. Я полагаю, что интернет — это не улица, не надо его жестко кошмарить.

Возникает вопрос, а что раньше-то не принимали, молчали? Почему именно сейчас? А потому, что вся соль этого закона —призывы к участию в несогласованных публичных мероприятиях. Власть боится уличных протестов, вот и подсуетились депутаты. Мы уже подобное проходили, с принятием поправок к Конституции — «под шумок» всего одна строчка. Но большинству это не понять. Люди делятся на мужчин и женщин, так же делятся они по отношению к свободе: на людей свободы и людей несвободы.

Первые отличаются от вторых тем, что для них существует само понятие свободы. Для вторых нет: для них это абстрактная, мутная, лишняя идея.

Владимир Виноградов, арбитражный управляющий:

— Я конечно категорически против каких-либо ограничений, но все должно быть разумно.

Алексей Алгазин, руководитель Правового холдинга «ЗАКОН», кандидат юридических наук:

— Под социальной сетью, согласно нормативному акту «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», понимается сайт, доступ к которому в течение суток составляет более 500 тысяч пользователей интернета, находящихся на территории РФ. Так, например, WhatsApp и иные подобные программы не являются социальной сетью, так как туда добавляются только определенные пользователи. С 1 февраля 2021 года такие ресурсы, согласно новому закону, должны самостоятельно выявлять и блокировать незаконный контент, а именно:
— материалах с порнографическими изображениями несовершеннолетних;
— информации, склоняющей детей к совершению опасных незаконных действий;
— данных о способах изготовления и использования наркотиков;
— информации о способах совершения самоубийства и призывах к нему;
— рекламе дистанционной продажи алкоголя и интернет-казино;
— информации, которая в неприличной форме оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, выражает явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ или
органам госвласти;
— призывах к массовым беспорядкам, экстремизму, терроризму и участию в несогласованных публичных мероприятиях.

Владельцы социальных сетей, также, будут обязаны не допускать распространения материалов, содержащих нецензурную брань.

Считаю, что с точки зрения защиты прав граждан и безопасности государства, данный нормативно-правовой акт необходим. Однако при его исполнении, вероятно, возникнут технические и правовые сложности. Пока сложно представить, как администраторы таких крупнейших социальных сетей как Фейсбук, Твиттер, Инстраграмм, ВКонтакте, Одноклассники смогут выявлять каждое перечисленное в законе нарушение. Если сейчас данные сети блокируют запрещенный контент в виде фото и видеоизображений с помощью ботов и специальных программ, то для блокировки аудио-ряда, текстов, предложений, словосочетаний и отдельных слов понадобятся новые системы мониторинга и фильтров всего контента.

За то время, пока социальные сети адаптируются к новым условиям, возникнут сотни нарушений, которые выльются в многотысячные штрафы для собственников данных ресурсов.

Надежда Ломтева, учитель русского языка и литературы в омской школе № 33, директор АН КПО «Источник»:

—  Я не очень люблю цензуру, вообще за свободу, в том числе и слова.

Но в интернет сейчас действительно «вываливают» всю грязь человеческой души, это факт. Чтобы важнейшее современное средство коммуникации не засорялось, нужны всё же какие-то правила коммуникации. В принципе, и сейчас там активно «банят» бесцеремонных пользователей. Думаю, закон поведения в соцсетях еще будут корректировать, и не раз! Пока хочу посмотреть, как будет работать.

Боюсь, что начнут использовать в идеологических целях, а это плохо. Короче, поживем — увидим!

Екатерина Герасимова, заместитель художественного руководителя омского театра «Галерка»:

— Я поддерживаю эту инициативу — подобные сообщения могут отображаться в новостной ленте вне зависимости от нашего желания.

Особенно это плохо для детей и подростков, восприятие которых отлично от восприятия взрослых людей. Какое влияние на них окажут подобные материалы непредсказуемо, в лучшем случае если они отнесутся к ним равнодушно, но на кого-то они могут отрицательно повлиять. Я сама стараюсь избегать шокирующего, непотребного контента — стремлюсь, по возможности, окружать себя приятными, культурными, красивыми моментами. Максимально избегаю обсуждений, тем более анонимных, сквернословия — все это отрицательно действует на наше настроение и энергетику. Соцсети — это общественное явление, свобода одного заканчивается там, где начинается свобода другого, поэтому цензура должна присутствовать, в том числе, и в них.

Наталья Граф, специальный корреспондент «Российской газеты»:

— Я бы запретила букеты, анимированные поздравительные открытки и прочие подарки. Когда с утра вся личка забита виртуальной макулатурой это раздражает намного больше, чем маты.

Наталья Мачулина, владелица художественной галереи «Вернисаж»:

— Если ограничения, в том числе, убирают «жесткие» фото и видеоматериалы — например, фото с охоты — то я за!

Дмитрий Потопальский, гендиректор ООО «Центр экспертизы в области здравоохранения»:

— На мой взгляд, люди, которые размещают контент в соцсетях, должны, во-первых, делать это от своего имени, а во-вторых, нести ответственность за написанное — так же, как СМИ и другие интернет-ресурсы. Это будет дисциплинировать и поможет тем, в отношении кого допущены нелицеприятные высказывания, адресно на них ответить. А детей и пожилых людей, которые по старой привычке зачастую безоговорочно верят печатному слову, защитит от недопустимой информации.

Правила есть везде — нужны они и в интернете, это поможет избежать хаоса.

Вадим Новоселов, директор ООО «Сфера права»:

— Я обеими руками за поправки. Считаю, что в интернете давно пора навести порядок — помимо прочего, в соцсетях много зарубежного контента, который не всегда отражает интересы нашей страны.

Алексей Ложкин, депутат Омского горсовета:

— Трудно не согласится с запретом в соцсетях того, что уже запрещено в СМИ. Пропаганда порнографии, насилия, жестокости, наркотиков, кибербуллинг, призывы к самоубийствам конечно, недопустимы. Проблема общества в том, что есть спрос на деструктивный материал. Треш-контент возрос до невероятных масштабов. В погоне за просмотрами создатели переходят все границы. Пока непонятно, как закон будет работать и сколько появится недовольных, ведь запреты всегда вызывают протест.
Важно руководствоваться здравым смыслом в контроле за информацией и не находить то, чего там нет.

Владимир Гуселетов, представитель партии «Справедливая Россия»:

— Я этот закон поддерживаю. Я считаю, что в личных сообщениях люди могут писать всё что захотят, отправлять любые фотографии, общаться между собой. Когда идёт в полемике обсуждение, либо общие группы выставляют какие-то обнажённые тела и порнографические ролики, издевательства, ругань матом, то это не должно присутствовать в открытом доступе однозначно.

Я поддерживаю инициативу. Просто в этом законе ко всему прочему, насколько я понимаю упоминается о призыве к митингам и собраниям несанкционированным. Я тоже поддерживаю эту инициативу и считаю, что через подобные соцсети мы знаем, что это инициировалось в Армении, в Киеве на Майдане и во многих других местах. Считаю враги России активно финансировали всё и нагнетали, создавали определённые ситуации, где большая масса людей бесконтрольно попадала на улицы, там происходили беспорядки. Причём мы можем даже с вами посмотреть на примере событий в Москве. Там не было определённого разрешения, хотя установлены у нас и в других городах чёткие места, где можно собирать по уведомлению митинги, проводить сход людей и так далее.

Почему это всё делают в разрез? Я считаю, что нагнетание этой обстановки не приведёт ни к чему хорошему. Также могу посоветовать тем людям, которые чем-то не согласны с системой, которая на сегодняшний день существует и руководством, что нужно активно двигаться и выражать свою позицию на выборах, которые у нас достаточно часто происходят — в Горсовет, в Государственную думу, в Заксобрание и на выборах Президента. В этом надо проявлять свою гражданскую позицию, самые активные могут участвовать в политике. Они могут выбрать себе любую партийную платформу и двигаться в рамках этого. Это будет достаточно верным решением, нежели выходить на улицу, собираться огромными толпами. Ведь этим просто напросто могут воспользоваться экстремисты.

Евгений Гервальд, гендиректор «Омской правды»:

— Я всегда выступаю за свободу слова. У каждого человека есть право иметь свое мнение и его свободно высказывать. Однако не стоит этим правом злоупотреблять. Все мы знаем случаи, когда люди с плохими замыслами, пользуясь тем, что соцсети дают возможность высказываться анонимно, мешали работе специальных служб, правоохранительных органов, да и просто наводили панику. Кейсы «Зимней вишни», взрыва в Магнитогорске — тому подтверждение. Поэтому регулирование работы соцсетей было неизбежно. И то, что происходит сейчас — это только первый подход к снаряду. Уверен, что следующим шагом будет попытка заставить западные соцсети, в первую очередь Facebook, Instagram, Twitter и YouTube работать в российском правовом поле. Мы уже много раз убеждались в том, что социальные сети являются мощным инструментом формирования общественного мнения и могут использоваться для манипуляций. Так что нравится регулирование или не нравится — оно будет реализовано, и я эти шаги буду безусловно поддерживать. Хотите работать на территории РФ — надо соблюдать законы нашего государства.

Екатерина Лушникова, журналистка, экс-телеведущая «12 канала»:

-Однозначно я поддерживаю инициативу о принятии закона, который бы регулировал поведение человека в социальных сетях. Я — достаточно активный пользователей социальных сетей и мне кажется, что последнее время контента, который попадает под запрет, становится реально больше. Увеличивается и охват этих публикаций пользователями. В том числе детьми и подростками. С тех пор как в социальных сетях зарегистрировалась моя дочь- подросток, для меня вдвойне важно, что она может там прочитать или увидеть. И ограничения должны быть не только «родительские», но и более серьёзные. Я считаю, что администрация соцсетей тоже должна нести ответственность за то, что там размещают.

Источник

Оставьте отзыв

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.